Лживый характер

Что в нём от генов, а что — от семьи?

Почему одни люди говорят неправду время от времени, а другие словно не могут жить без неё

«Ложь искажает пространство, оскверняет уши слушающего, язык говорящего» (Патанджали)

Есть люди, которые лгут только тогда, когда боятся последствий правды.

А есть другие. Они могут соврать там, где совершенно не обязательно. Придумать историю, хотя никто ничего не спрашивал. Приписать себе чужие достижения. Приукрасить знакомство, должность, доход, прошлое. Сначала изменить одну деталь, затем добавить вторую, третью — и через некоторое время уже защищать созданную историю с удивительной убеждённостью.

Окружающим кажется: «У него просто такой характер». Но откуда вообще берётся этот характер?

Передаётся ли склонность к обману по наследству? Может ли ребёнок унаследовать от родителей не конкретную ложь, а психологическую готовность искажать реальность? И можно ли говорить о том, что семейные тайны, страх, стыд и привычка скрывать правду способны переходить из поколения в поколение?

Современная психология и генетика дают на эти вопросы гораздо более сложный ответ, чем простое «да» или «нет».  

- Не существует гена, который делает человека лжецом

Начнём с самого важного. Отдельного «гена лжи» науке не известно. Человеческое поведение — результат работы огромного количества генетических вариантов, особенностей развития нервной системы, темперамента, воспитания, жизненного опыта и социальной среды. При этом наследуемость личности действительно существует. Гены могут влиять на темперамент, эмоциональную реактивность, импульсивность, чувствительность к вознаграждению, особенности общения и другие характеристики. Но они не диктуют: «В сложной ситуации этот человек обязательно соврёт». Ребёнок наследует не ложь, а особенности нервной системы.

- Когда ложь становится автоматической

Любая привычка формируется повторением. Но психологические привычки особенно сильны тогда, когда они когда-то помогли человеку решить эмоциональную проблему.   Ребёнок может обнаружить: «Если сказать, что я сделал уроки, мама не будет кричать». Подросток: «Если соврать, где я был, меня не накажут». Взрослый: «Если представить себя более успешным, меня будут больше уважать».    Сначала это отдельные эпизоды. Но постепенно человек учится не просто лгать — он учится управлять впечатлением о себе с помощью лжи.          

- Семья учит не тому, что говорить, но и тому, что считать правдой

В одной семье принято открыто обсуждать проблемы: «Да, мы ошиблись», «Да, у нас сейчас трудности», «Да, мы не знаем, что делать».

В другой семье существует культ внешнего благополучия: «Никто не должен знать», «Что скажут люди?», «У нас всё хорошо», «Не рассказывай родственникам», «Сделай вид, что ничего не произошло».

Ребёнок впитывает эту систему не через лекции, а через наблюдение. Он видит, как родители разговаривают с соседями, родственниками, учителями, друзьями. Так ложь может стать не просто способом избежать наказания, а частью семейной культуры.

- Ребёнок может унаследовать не поведение, а уязвимость

Исследования личности показывают, что в формировании темперамента и устойчивых личностных особенностей участвуют и генетические факторы и окружающая среда. Более того, одна и та же среда способна по-разному воздействовать на людей с разными врождёнными особенностями.                  Например, высокая чувствительность к стыду сама по себе не делает человека лжецом. Но если очень чувствительный ребёнок растёт в среде, где ошибаться запрещено, у него может закрепиться особенно сильная потребность скрывать свои неудачи.

- А что говорит эпигенетика?

Эпигенетические механизмы действительно способны изменять активность генов, не изменяя последовательность ДНК. На них могут влиять различные факторы среды. Исследования также изучают возможность межпоколенческих эффектов. Но утверждать, что конкретная психологическая черта — например, привычка лгать — эпигенетически передаётся от бабушки внуку, современная наука оснований не позволяет.

Поэтому гораздо безопаснее говорить: опыт семьи может передаваться через воспитание, отношения, поведение и социальное обучение; биологические механизмы могут участвовать в долговременном воздействии среды, но это не означает существования «эпигенетической лжи».

- Бабушка может передать внуку не ложь, а семейное правило

Представим семью, в которой несколько поколений живут по одному принципу: «О своих проблемах никому не рассказываем». Бабушка скрывает семейные конфликты. Мать скрывает финансовые трудности. Дочь скрывает проблемы в браке. Внук уже совершенно искренне считает нормальным не сообщать правду о своей жизни. Что здесь передалось? Не ген. Не молекула лжи. Передался сценарий поведения. Именно поэтому иногда кажется, что «характер передаётся по наследству». На самом деле наследственность и воспитание могут работать одновременно.

- Хронический лжец верит собственной истории

Если человек придумал историю один раз, он знает, что это ложь. Но если он повторяет её десятки раз, ситуация меняется. Воспоминания могут изменяться, дополняться и реконструироваться.

Кроме того, существует самообман: человек способен поддерживать убеждение, которое помогает ему сохранять положительный образ самого себя или уменьшать внутренний конфликт.

Поэтому со временем человек уже не воспринимает свою историю  как в момент её первоначального создания. Он начинает жить внутри собственного рассказа. И тогда спор с ним превращается не просто в проверку фактов. Вы пытаетесь разрушить конструкцию личности, которую он создал для самого себя.

- Ложь как защита от стыда…

Иногда за патологической потребностью врать скрывается очень хрупкое ощущение собственной ценности. Человек не хочет быть неуспешным, обычным, брошенным, бедным, виноватым, неинтересным или незначительным. И тогда придумывает новую версию себя. «Я не потерял работу — я сам ушёл». «Я не проиграл — я просто не стал участвовать». «Меня не отвергли — я сам не захотел отношений». «Я не ошибся — меня специально подвели».

- Есть ли разница между обычным лжецом и патологическим?

Патологическая ложь — гораздо более сложное явление. В литературе описывается феномен pseudologia fantastica, но, к счастью,  не самостоятельный диагноз, при которой человек создаёт многочисленные, иногда фантазийные истории, порой без очевидной внешней выгоды. Можно показать человеку документы, переписку, фотографии, свидетельские показания — а он всё равно найдёт объяснение. Одна ложь требует другой: «Я этого не говорил» или «Я говорил, но имел в виду другое» или «Ты неправильно понял»…. Так возникает бесконечная цепочка. Каждая новая ложь должна защищать предыдущую. И чем больше человек вложил в собственную историю, тем труднее ему признать: «Я всё это придумал».

Поведение, которое постоянно приносит человеку определённую психологическую выгоду, может становиться устойчивым, Если ложь помогает избежать стыда — человек продолжает лгать. Если помогает получать внимание — продолжает. Если позволяет контролировать партнёра — продолжает. Если помогает казаться успешнее — продолжает.

Что делать?  Ведь окружающие перестают доверять человеку. Чем больше он лжёт, тем меньше ему верят; чем меньше ему верят, тем сильнее он может чувствовать необходимость доказывать свою версию.

- Можно ли «унаследовать» лживый характер?

Если понимать наследование буквально — нет оснований говорить о наследуемом «характере лжеца».    Человек может получить генетически обусловленные особенности темперамента. Затем попасть в определённую семейную среду. Научиться определённым стратегиям поведения. Получить положительное подкрепление за ложь. Использовать её для защиты самооценки. Повторять её годами.

НО….Человек способен осознать собственную модель поведения, увидеть её последствия и научиться выдерживать стыд, страх и чувство вины без необходимости немедленно защищаться ложью.

Для человека, привыкшего жить в вымышленной версии себя, фразы «Я ошибся», «Я не знаю», «Мне было страшно признаться», «Я хотел казаться лучше, чем есть» могут быть значительно труднее, чем очередная ложь. Но, именно они возвращают его к реальности.

- И всё-таки: что мы называем «лживым характером»?

Это не врождённое качество. Это многократно повторённый способ защищать себя, получать желаемое или создавать нужное впечатление. В мозгу, а именно в миндалевидном теле происходят дегенеративные изменения, притупляется активность. Лгать становится все легче и приятнее. Маленькая тропинка лжи из неприятной ситуации стала привычной дорогой. Человек уже перестал замечать, что идёт по ней постоянно. В этом смысле «лживый характер» — не столько приговор, сколько история. История о том, как определённый способ справляться с жизнью постепенно стал способом жить.

Психогенетика помогает понять, почему разные люди по-разному реагируют на одну и ту же среду. Психология показывает, как формируются привычки и защитные механизмы. Эпигенетика исследуя, каким образом окружающая среда может влиять на регуляцию работы генов и долговременные биологические процессы пока не может утверждать «это записалось в генах».                                                                           

И, возможно, самый точный вопрос о лживом характере звучит не так: «Кто передал ему эту ложь?» А так: «Когда и зачем ложь стала ему необходима — и почему он продолжает пользоваться ею теперь, когда необходимость уже исчезла?» Хорошая новость состоит в том, что процессы нейронных связей и привычек можно корректировать.

Научная основа

• Briley, D. A., & Tucker-Drob, E. M. (2014). Genetic and environmental continuity in personality development: A meta-analysis.

• Vukasović, T., & Bratko, D. (2015). Heritability of personality: A meta-analysis of behavior genetic studies.

• DePaulo, B. M. et al. (2003). Cues to deception. Psychological Bulletin.

• Обзорные работы по эпигенетике, стрессу и межпоколенческим эффектам.

• Научная литература по pathological lying / pseudologia fantastica.